Пользовательского поиска






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Насекомые против насекомых. промышленное разведение божьих коровок

Промышленное разведение божьих коровок - один из самых поразительных фактов в истории использования насекомых для борьбы с другими насекомыми. Известно, что для тлей и червецов божьи коровки - страшные хищники. Но как их размножить, этих хищников?.. Сначала пробовали использовать некоторые их странности, например то, что они всегда зимуют в одном и том же месте, под

Испытание инсектицидов связано с проведением длинной серии экспериментов, использованием различных или одних и тех же веществ, но в разных концентрациях. Для этого иногда требуется по нескольку килограммов мух в день, в связи с чем приходится их разводить в огромных количествах
Испытание инсектицидов связано с проведением длинной серии экспериментов, использованием различных или одних и тех же веществ, но в разных концентрациях. Для этого иногда требуется по нескольку килограммов мух в день, в связи с чем приходится их разводить в огромных количествах

одними и теми же камнями на вершинах холмов и гор. Иногда даже их удавалось набрать очень много. При этом не следует забывать, что каждый год на одном и том же месте зимовки оказываются другие, новые особи - ведь срок жизни божьих коровок совсем недолог. Остается предположить, что существует некое очень сильно действующее и чрезвычайно стойкое пахучее вещество, которое притягивает божьих коровок на расстоянии многих километров*. С действием таких веществ энтомологи уже знакомы: например, самцов крупных ночных бабочек бражников привлекает к самкам тоже пахучее вещество. Мэлл доказал, что они находят самок, отделенных от них расстоянием в одиннадцать километров! Достоверно здесь, во-первых, то, что привлекающее вещество выделяется крошечной железой, находящейся в брюшке самки; если железу извлечь, самец будет копулировать с этим едва заметным для невооруженного глаза органом; во-вторых, по краям окружности радиусом в 11 километров содержание пахучего вещества в воздухе может в лучшем случае быть равным одной молекуле на кубический метр. Естественно, возникает тысяча вопросов и прежде всего: что же тогда такое "запах вещества" при подобном его разведении? И может ли он направить самца к чему бы то ни было?.. Но мы, кажется, выходим за рамки нашей темы.

* (Эти предположения пока еще не получили подтверждения.- Прим. ред.)

Садоводы прибрежных равнин Калифорнии горько жаловались на тлей, опустошавших их сады. Вот тогда-то и появилась у Карнса (1910) мысль о сборе божьих коровок (Hippodamia). Но здесь, пожалуй, следует предоставить слово Балаховскому, в прекрасной работе (1951) которого можно найти сколько угодно подобных примеров. "В 1910 году Карнс решил переносить зимующих божьих коровок с вершин гор в плодовые сады прибрежных равнин, чтобы бороться с тлями. В свое время метод пользовался большим успехом, несмотря на то что смертность божьих коровок при перемещении составляла 50-75%. Применение инсектицидов мало-помалу вытеснило из практики этот биологический метод, который в штате Вашингтон, где существовала фирма, продававшая божьих коровок по цене 6-8 долларов за килограмм (8-10 тыс. особей), все же продержался с 1924 по 1936 год. В 1943году, во время последней мировой войны, из-за нехватки никотина и других контактных инсектицидов биологический метод снова начал широко применять Хипперс (Калифорния). Он помещал божьих коровок в холщовые мешки емкостью 9 килограммов для искусственной зимовки при 4-6°. Таким именно способом фирма распространяла среди фермеров различных районов США колонии божьих коровок по цене 2,5 доллара за 4,5 килограмма с гарантией, что смертность их не превысит 10%. Некоторые землевладельцы закупали по 15-20 килограммов божьих коровок на одну фруктовую плантацию. Танассе и Хэтч сообщают, что в 1946 году садоводы долины Ятима в штате Вашингтон использовали более пяти тонн божьих коровок".

Все это происходило до наступления новой эры биологической борьбы, и речь идет еще, если можно так выразиться, о кустарном применении божьих коровок. Но огромные размеры плодовых насаждений позволяют финансировать и применять любые методы борьбы с вредителями, даже самые дорогие и рискованные: ведь в случае удачи огромны и размеры выигрыша. Так обстояло дело во время катастрофического нашествия червецов Pseudococcus на цитрусовые плантации Калифорнии. К несчастью, среди местной фауны у вредителя не было достаточно сильного врага. Поэтому энтомологи вспомнили об одном австралийском жучке, Cryptolaemus montrouzieri, о котором еще с 1890 года было известно, что он - заклятый враг различных видов червеца. Но, к сожалению, этот жучок зимует в стадии куколки в опавших листьях или под корой деревьев, причем смертность его достигает 98%. Значит, просто ввезти его еще недостаточно, надо его "производить". Вот почему сначала в Риверсайде (США), а затем в Испании были построены фермы, разводившие криптолемуса. В огромных камерах с постоянной температурой на зараженных червецом побегах картофеля жучок массами развивался в холодное время года. Делались даже попытки, и, надо сказать, вполне успешные, приготовления консервов из замороженных при низких температурах тлей и червецов, которых можно было в любой нужный момент скармливать криптолемусу, что позволило бы отказаться от разведения червеца на картофеле. Но это оказалось недостаточно рентабельным. По данным Балаховского, в 1928 году гигантские инсектарии Риверсайда поставили 48 миллионов жучков для апельсиновых плантаций Калифорнии. Результаты были прекрасные, что не помешало энтомологам искать большего, иными словами, искать паразита, который размножался бы самостоятельно, не требуя затрат на свое разведение. В 1927 году в Австралии, в первоначальном очаге Pseudococcus, опустошавшего калифорнийские сады, Компер нашел двух перепончатокрылых хальцидид, которые нападали на червецов; один вид, после того как его ввезли в Калифорнию, размножился так интенсивно, что проблема Pseudococcus была почти разрешена.

Это напоминает еще один известный случай, происшедший несколько раньше, когда на цитрусовых плантациях Калифорнии и Лазурного берега так же внезапно появился крупный австралийский желобчатый червец. Ввезенная тоже из Австралии божья коровка родолия благодаря своей "феноменальной эффективности" помогла справиться с этим бедствием. Но строить фермы для "массового выпуска" родолий не пришлось - они превосходно размножались самостоятельно. Вот уж поистине бесценные помощники человека, эти малютки! Не удивительно, что их называют "божьими коровками", и понятно, почему существует примета: "Убьешь божью коровку - жди беды".

Я очень сжато рассказал о полном успехе, увенчавшем ввоз паразита из Австралии в совсем иные климатические условия и биотопы Калифорнии. Были, конечно, трудности и неудачи, но я уже достаточно говорил, как много неизвестного для нас в проблеме применения биологических мер борьбы и взаимодействия между хозяином и паразитом, чтобы больше на этом не задерживаться. Отметим все же, что склад ума у первых специалистов по биологическим методам борьбы был, да и поныне остается, совсем иным, чем у биоматематиков. Их нисколько не беспокоила теоретическая сторона проблемы - у них не было средств справиться с нею. Они просто решились на эксперимент, и он оказался удачным. При существующем уровне наших знаний это служит доказательством их мудрости.

Есть, однако, кое-какие практические соображения, хорошо известные энтомологам и, пожалуй, заслуживающие того, чтобы привести их здесь со слов Балаховского (1951). Прежде всего, акклиматизация вредителя в стране, далекой от его первоначального ареала, не имеет никакого отношения к возможностям акклиматизации его паразитов. В той же мере редкость паразита в родных местах и кажущаяся незначительной его эффективность нисколько не отражаются на возможностях акклиматизации паразита в зоне массового размножения его хозяина и на том, какое распространение и применение он может там получить.

В качестве примера Бахаловский приводит историю, недавно происшедшую с еловым пилильщиком Gilpinia hercyniae, причиняющим немало вреда в Канаде. Для борьбы с ним испробовали вирусную болезнь и двух его паразитов, но удачи добились только с одним - с Prosturmia bohemica, чрезвычайно редкой в своем первоначальном ареале богемской мелкой ежемухой.

Наконец, как говорит Балаховский, бывает и так, что "ряд паразитов, каждый из которых способен в отдельности дать лишь низкий процент заражений, вместе в конечном счете дают некую результирующую силу паразитизма, которая играет роль стабилизатора по отношению к вспышкам массового размножения вредителя".

предыдущая главасодержаниеследующая глава



© Алексей Злыгостев, подборка материалов, разработка ПО 2001–2017
Разрешается копировать материалы проекта (но не более 20 страниц) с указанием источника:
http://invertebrates.geoman.ru "Беспозвоночные (от простейших до насекомых)"

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru